Почему зависимость Молдовы от российского газа оказалась значительно дороже дешевого топлива, с какими проблемами сталкивается семья из Комрата, воспитывающая двух детей с аутизмом, и где проходит граница между борьбой с дезинформацией и свободой мнений - темы, которые обсуждались в СМИ Гагаузии.
Дешевый российский газ, который дорого обошелся Молдове
Издание LAF.md рассказало, как сформировавшаяся еще в 1990-е годы зависимость Молдовы от российского газа постепенно превратилась из экономической проблемы в вопрос национальной безопасности.
Материал основан на исследовании Expert-Grup и Friedrich-Ebert-Stiftung об энергетических долгах и зависимости Молдовы от российского газа. Авторы обращают внимание, что в конце 1990-х практически весь природный газ страна получала из России по одному маршруту - через Украину и приднестровский регион.
«Молдова вошла в независимость практически полностью зависимой от одного поставщика - российского Gazprom», - отмечается в материале LAF.
Уязвимость усиливала и структура Moldovagaz. Российскому Gazprom принадлежало 50% компании, еще около 13% акций находилось у приднестровской администрации. Таким образом, как обращает внимание LAF, российская сторона фактически контролировала более 60% акций предприятия.
Одновременно накапливались долги за газ. Значительная их часть формировалась на левом берегу Днестра, который Кишинёв не контролировал. При этом задолженность Moldovagaz регулярно представлялась в публичном пространстве как «долг Молдовы».
«Проблема заключалась не только в размере задолженности, но и в том, как она использовалась», - отмечает LAF. По выводам исследования, сложившаяся система позволяла России одновременно обеспечивать приднестровский регион газом и сохранять дополнительный инструмент влияния на Кишинёв.
Одним из наиболее показательных эпизодов авторы называют события 1996 года. Тогда молдавское правительство выпустило в пользу Gazprom облигации на сумму около 140 млн долларов для урегулирования накопившейся задолженности. К 1999 году с учетом процентов обязательства приблизились к 160 млн долларов.
Однако правительству Иона Стурзы при финансовой поддержке Всемирного банка удалось выкупить эти обязательства примерно за 35 млн долларов.
Главный вывод материала LAF в том, что главной проблемой для нашей страны все эти годы было отсутствие реальной альтернативы российскому газу.
В итоге то, что десятилетиями воспринималось как экономическое преимущество — сравнительно дешевый российский газ, - после 2021 года превратилось в одну из главных уязвимостей страны. Энергетические кризисы показали цену зависимости, которую Молдова формировала на протяжении десятилетий.
Обсуждение проблемы дезинформации в Молдове на канале GRT
Где заканчивается борьба с дезинформацией и начинается ограничение свободы слова - тема программы «Обсуждаем вместе» на общественном телеканале GRT. Гостями студии стали эксперт организации WatchDog Штефан Бежан и адвокат Дмитрий Кисеев.
Уже в начале дискуссии обозначились две разные позиции. Кисеев считает, что понятие дезинформации может трактоваться слишком широко.
«Здесь это очень опасно, если будет перекликаться мнение человека с попыткой признать это мнение дезинформацией. То есть, на мой взгляд, здесь возможен прецедент по ограничению свободы слова, когда человек высказывает своё мнение в соцсетях», - сказал Кисеев.
Штефан Бежан согласился, что законодательство может создавать риски злоупотреблений, однако основной проблемой назвал другое - анонимные Telegram-каналы, аккаунты в социальных сетях и организованные сети распространения информации.
«Ни один закон не может бороться с этим», - отметил Бежан. По его мнению, одним из главных способов противодействия должна быть медиаграмотность, чтобы граждане сами могли отличать достоверную информацию от ложной.
Еще одним инструментом эксперт считает поиск источников финансирования таких кампаний.
«Мы должны найти эти источники денег. И если не будет денег для дезинформации, то тогда дезинформации станет намного меньше, чем сейчас», — заявил Бежан.
История семьи из Комрата, которая воспитывает двух детей с аутизмом
Издание Nokta.md рассказала историю семьи из Комрата, которая воспитывает двух сыновей с аутизмом.
Старшему сыну Вадиму девять лет, младшему Денису — почти семь. Оба ребенка имеют расстройство аутистического спектра. По словам отца, Вячеслава, одна из главных проблем для семьи — нехватка специалистов и высокая стоимость занятий. Только занятия в одном из коррекционных центров Комрата обходятся примерно в семь тысяч леев в месяц на одного ребенка, а вместе с логопедом, кинетотерапией и другими занятиями расходы могут достигать минимум десяти тысяч леев.
Но финансовая нагрузка — лишь часть проблемы. Вячеслав считает, что инклюзивное образование в Молдове пока во многом остается теорией. Его старший сын посещает только два-три урока в день. По словам отца, в классе более 20 учеников, а ребенку с аутизмом необходим индивидуальный подход. В Комрате, утверждает он, соответствующие специалисты есть только в двух школах.
С отдельными трудностями семья столкнулась, когда родители решили оставить младшего сына еще на год в детском саду, поскольку считали, что он не готов к школе. Первоначально им отказали, сославшись на возраст ребенка. Родители самостоятельно обратились в специализированный центр в Чадыр-Лунге, получили рекомендацию специалистов и выяснили в Министерстве образования порядок, позволяющий ребенку продолжить посещение детского сада. Окончательно вопрос удалось решить только после вмешательства Управления образования, которое направило официальное письмо в детсад.
«Чтобы у подобных детей были какие-то права, надо постоянно за них бороться, постоянно бороться с системой, обойти кучу инстанций. Чтобы твои права не ущемлялись, надо чуть ли не самому стать юристом», — рассказал Вячеслав.
